О книге
«Записки, руководствующие к основательному разумению Книги Бытия, заключающие в себе и перевод сей книги на русский язык» святителя Филарета (Дроздова), митрополита Московского.
Толкование на Книгу Бытия свт. Филарета (Дроздова) можно назвать образцом: удивительное единство научной объективности, верности святым Отцам, духовная трезвенность и глубокое созерцание. Не стоит забывать, что именно благодаря Филарету (Дроздову) синодальный перевод Библии увидел свет и Россия наконец получила Слово Божье на своем языке. Началом этому великому труду послужил как раз перевод Книги Бытия, который входит в эту книгу. Свт. Филарет разработал основные критерии для перевода Библии на русский язык, его примеру при создании толкований неоднократно следовали более поздние комментаторы. Флоровский писал о первостепенности Библии в богословии Филарета (Дроздова): «Филарет был прежде всего библеистом. В проповедях своих он прежде всего толкователь Слова Божия. На Священное Писание он не только ссылается в доказательство, в подтверждение или опровержение, — он исходит из священных текстов». Толкование на Книгу Бытия свт. Филарета (Дроздова) — не только одно из первых, но и одно из важнейших трудов по истолкованию Св. Писания.
Толкование на Книгу Бытия
СОТВОРЕНИЕ МИРА. Б. I —II. 3
I. 1. В начале Бог сотворил небеса и землю.
в) Причина творения есть Бог. В сем месте еврейского текста слово D^D^N Элогим, собственно Боги, выражает некую множественность, между тем как речение N12 сотворил показывает единство Творца. Чтобы изъяснить сей необыкновенный состав слов, некоторые доразумевают пред словом DVl^N слово п! ж, но сия догадка опровергается тем, что сии слова и в совокупности употребляются во множественном числе: ибо
Иегова Боги ваши есть Боги Богов (Втор. X. 17). Другие производят сей образ выражения от язычников, но сие мнение основывается на недоказанном предположении, будто язык еврейский не есть первоначальный язык патриархов, а заимствованный ими от язычников. Иные принимают сие за выражение благоговения или относят просто к свойству языка еврейского, но в обоих сих случаях можно снова сделать вопрос: откуда происходит сей род почтительного выражения или сие особенное свойство языка? Итак, догадка о указании сим образом выражения на таинство Св. Троицы заслуживает уважения. Да и почему бы Моисею в изображении столь величественного действия, как сотворение мира, предпочесть другим употребляемым евреями наименованиям божества слово D^ntJN, которое означать может богов, ангелов и вельмож, если бы он не находил в сем слове того преимущества, что под покровом его мог прозорливым показать высочайшую тайну Божества, не ослепляя светом ее зараженных многобожием времен и народов?
Достойно замечания, что во вступлении в повествование о человеке в первый раз полагается в Св. Писании величественное имя ГПГР Иегова, то есть Сый или Осуществователь, в соединении с употребленным прежде именем OVI^N Элогим Бог. Может быть, намерение повествователя было внушить чрез сие особенно то, что Бог, Творец мира и человека, есть Тот самый, который открылся Израилю как Осуществователъ благодатных обетований (Исх. III. 15).
Некоторые новейшие исследователи священных книг замечают здесь совсем другое. Приметив, что до сего места книги Бытия постоянно употребляемо было в ней имя Элогим, а отселе до конца III главы употребляется Иегова, Элогим, они заключают из сего, что сия часть книги писана совсем другим писателем. Но в сей самой части употребляется и одно Элогим (III. 3, 5). Который же из мнимых двух писателей написал сии стихи? Даже в одном стихе написано сперва Иегова Элогим, а потом Элогим (III. 1). Итак, неужели и один сей стих написан двумя писателями? В IV главе многократно употребляется одно Иегова. Неужели нужен для сего третий писатель? Глава V начинается надписанием, совершенно подобным настоящему, кроме того, что там написано Элогим. Сколько же еще надобно выдумать разных писателей для изъяснений сей разности в словах? Впрочем, ученые защитники сей смелой догадки сами довольно обеспечивают нас от труда состязаться с ними, когда один (Эйхгорн) сей части книги Бытия в сравнении с предыдущею предписывает преимущественную древность, по ее слогу, необработанному и неученому; а другой (Гейнрихс) находит здесь более обработанности в слоге и более признаков учености.
24. Тогда Иегова послал на Содом и Гоморр серный и огненный дождь от Господа с небес. 25. И истребил города сии, и всю равнину сию, и всех жителей городов сих, и все произрастения земли.
В усугублении в сем месте имени Иеговы евреи не находят особенной знаменательности, а изъясняют оное просто из свойства языка. Но некоторые христианские учители находят здесь указание на разделение лиц Св. Троицы (Ignae. Ер. ad Aneideh). По сей догадке текст может быть изложен так: Господь, явившийся Аврааму, одождил на Содом и Гоморр серу и огонь, от Иеговы, неявленно пребывающего на небесах.
Содом и Гоморр упоминаются здесь как знатнейшие из погибших городов, которых четыре именует Моисей в книге Второзакония (XXIX. 23), а книга Премудрости (X. 6) считает пять. В сем последнем числе, может быть, заключается Цоар. Иезекииль (XVI. 48) упоминает также о дщерях Содома, то есть о подчиненных Содому городах.
Действие истребления Содома некоторые изъясняют как действие природы. Полагают, сера и огонь в сказании Моисея то же значит, что серный огонь, а серный огонь — то же, что огонь молнии, сопровождаемый обыкновенно серным запахом; что сильная молния зажгла не только селения, но и землю равнины иорданской, изобиловавшую битуменом и нефтью, веществами одного рода, удобно возгорающимися; что действием сего пожара и, может быть, присоединившегося к тому землетрясения, равнина иорданская, и прежде низкая и напоенная водою, еще более углублена, потом совершенно затоплена и, сообщив воде свойство грунта, превратилась в так называемое Мертвое море.
Нетрудно согласиться в том, что сие изъяснение вероятно. Не доказано только то, что слова сера и огонь точно значат молнию. Их знаменования нельзя определять по их употреблению в других местах Св. Писания (Пс. X. 6. Иез. XXXVIII. 22). Ибо сии места не без основания могут быть принимаемы за указания на историю Содома и потому должны объясняться ею, а не объяснять ее.
Необходимо должно признать в потреблении Содома действие сверхъестественное: поелику оно предсказано Богом; поелику Ангелы приписывают оное Богу как первой причине, и себе как орудиям (13); поелику огнь, низведенный Иеговою от Господа, по напряженности самого сего выражения, значит нечто более, нежели простое действие природы. И в других местах Св. Писания огнь от лица Иеговы (Лев. IX. 24), также огнь с небес (2 Пар. VII. 1) значит чудодейственный огонь.
О истреблении Содома и Гоморры некоторые пророки говорят как о конечной гибели (Ис. XIII. 19. 20. Иер. XLIX. 18. Соф. И. 9). Но Иезекииль, назвав Содом и Самарию сестрами Иерусалима по беззакониям, всем им предсказывает обращение и восстановление (XVI. 46. 47. 53. 55). Иероним указывает Содом на берегу Мертвого моря. В истории христианских Церквей упоминается епископ содомский, принадлежавший к митрополии Петры (Labb, t. 1. Concl.). Должно думать, что Содом у пророка значит разврат язычников; у Иеронима — развалины или следы города, а в церковной истории — такой город, который с древним Содомом ничего не имеет общего, кроме имени, и никакой связи, кроме запутанных преданий.
ВЕЛИКОЕ ИСКУШЕНИЕ И ОБЕТОВАНИЕ. Б. ХХП. 1–19
1. И было после cux происшествий, что Бог искушал Авраама, и сказал ему: Авраам! Он ответствовал: вот я. 2. Бог сказал: возьми сына твоего, единственного твоего, которого ты любишь, Исаака, и поди в землю Мориа, и там принеси его во всесожжение на одной из гор, которую Я укажу тебе. 3. И так Авраам встал рано, оседлал осла своего, взял с собою двоих из рабов своих и Исаака, сына своего; наколол дров для всесожжения и встав, пошел на место, которое указал ему Бог. 4. На третий день Авраам, возведши очи свои, увидел место издалека. 5. Тогда Авраам сказал рабам своим: останьтесь здесь с ослом, а я и сын пойдем туда и поклонясь, возвратимся к вам.
6. И взял Авраам дрова для всесожжения и положил на плечи Исааку, сыну своему, а сам взял в руки огонь и нож, и пошли оба вместе.
7. И начал Исаак говорить Аврааму, отцу своему и сказал: Батюшка! Он сказал: что сын мой? А тот сказал: вот огонь и дрова; где же агнец во всесожжение? 8. Авраам сказал: Бог усмотрит для Себя агнца во всесожжение, сын мой. И шли далее оба вместе. 9. И когда они пришли на место, которое указал ему Бог, тогда Авраам создал там алтарь, разложил дрова и, связав сына своего Исаака, положил его на алтарь поверх дров. 10. И простер Авраам руку свою и взял нож, чтобы заколоть сына своего. 11. Тогда Ангел Господа воззвал его с небес и сказал: Авраам! Авраам! Он сказал: вот я 12. Ангел оказал: не поднимай руки твоей на отрока и не делай над ним ничего; ибо теперь Я знаю, что ты боишься Бога, когда ты не пожалел сына твоего, единственного твоего, для Меня. 13. И возвел Авраам очи свои и увидел: и вот, один овен, запутавшийся в чаще рогами своими. Авраам пошел, взял овна и принес его во всесожжение вместо сына своего. 14. Тогда Авраам назвал имя месту тому: Иегова–ире. Посему и ныне говорится: на горе Иеговы усмотрится. 15. Потом вторично воззвал Авраама Ангел Господа с небес 16. и сказал: Мною клянусь, говорит Господь, что поелику ты сделал сие дело и не пожалел сына твоего, единственного твоего; 17. то Я благословляя благословлю тебя, и умножая умножу семя твое, как звезды небесные и как песок на брегу моря; и наследует семя твое города врагов своих; 18. и благословятся в семени твоем все народы земные за то, что ты послушался гласа Моего. 19. И возвратился Авраам к рабам своим, и встали, и пошли вместе в Беэр–шаву; и жил Авраам в Беэр–шаве.
Принесение сына в жертву есть верховное дело веры Авраамовой. Оно есть решительное испытание по совершении образования, или, если можно так сказать, Божественного воспитания отца верующих; оно есть последний шаг на пути благодатных обетований и потому существенное заключение истории Авраама как отца верующих. В немногих последующих о нем сказаниях глас Божьих обетований более не слышен; и виден более Авраам — отец семейства, нежели Авраам — отец верующих.
Христианские законники вопрошают: какое Авраам имел право принести в жертву овна, ему не принадлежащего? На сие должно сказать, что при виде овна он почувствовал истину своего нечаянного предсказания: Бог смотрит для Себя агнца, и принял жертву от Бога, чтобы принести Богу.
Иегова–ире. То есть Иегова усмотрит. Наименование сие взято из прежних слов Авраама к Исааку: Бог усмотрит для Себя агнца, которые слова имели сколько непредвиденное, столько и радостное событие. Имена, особенно мест, у евреев нередко состоят из нескольких слов (Быт. XXVIII. 19. Исх. XVII. 15).
По сему и ныне говорится. Моисей приводит здесь пословицу своего времени с двоякою пользою: сохранившаяся пословица свидетельствует о древнем происшествии; древнее происшествие вразумляет о глубоком значении пословицы.
На горе Иеговы усмотрится. Проще: когда придешь на гору, куда призывает Господь, там видно будет. Таковая пословица приличествует тем случаям, в которых искушение кажется непрестанно возрастающим, и человек, желая исполнить волю Божию, приближается к очевидной опасности. В сих случаях знающие пример Авраама должны говорить себе: восходи с доверенностью на тору искушения по пути, указанному Богом, и не заботься прежде времени о своей безопасности; когда достигнешь самого верха горы и готов будешь пожертвовать самою кровью, и тогда еще Господу будет время явить тебе Свою милость и сотворить со искушением и избытие: Он призрит на твою веру и послушание, и ты узришь Его спасение.
predanie.ru
